/ / Общественно-политические и в области права
28.06.2018

Свой народ, своя земля, своя страна: Насколько современная Беларусь сможет сохранить и развить свою независимость в будущем?

3 июля страна празднует День Независимости. Мы уже доказали всем и каждому, что способны сами выбирать и защищать будущее свое и своего государства. Независимо, прозрачно и демократично. Но именно в этот день особенно актуально звучат вопросы, которые ставят перед нами история, время и политика.

Беларусь

Вопросы, столь важные для суверенного государства:

  • Кто мы и кто наши союзники?
  • Где наши корни, и какой путь развития сегодня самый оптимальный?
  • Насколько современная Беларусь сможет сохранить и развить свою независимость в будущем?

Об этом за «круглым столом» рассуждают заместитель председателя Постоянной комиссии Палаты представителей Национального собрания по национальной безопасности Валерий Гайдукевич, заведующий центром новой и новейшей истории Беларуси Института истории НАН, кандидат исторических наук, доцент Николай Смехович, политолог, кандидат исторических наук, доцент БНТУ Алексей Беляев и первый заместитель председателя Либерально-демократической партии Беларуси Олег Гайдукевич.

– Споры ученых об истоках нашей государственности не утихают и сегодня. Тема чувствительная, не случайно этим вопросом задаются не только белорусы. Это актуально для многих народов, построивших национальные государства только в ХХ веке. Насколько глубоки и где корни именно белорусской государственности?

Н. Смехович: Мечтали ли наши далекие предки быть свободными и независимыми? История свидетельствует: на протяжении столетий на всех этапах развития такое стремление было. Другое дело, так сложилось в истории, мы постоянно были в разных союзах с другими соседними народами. Естественно, это накладывало отпечаток на историческое прошлое нашей Родины. Как правило, те отношения, которые складывались, например, в Речи Посполитой или в рамках Советского Союза, были федеративными. Поэтому, например, нашу судьбу, вектор развития определяли в том числе люди, которые руководили Союзом. А такой этап, как суверенность и независимость, у нас появился только с возникновением Республики Беларусь. Сегодня мы сами определяем свою судьбу, и именно в этом – непреходящая ценность независимости. И записанный в Конституции Беларуси тезис «многовековой истории развития белорусской государственности» вполне находит свое подтверждение и обоснование историческим путем, пройденным нашим народом.

В. Гайдукевич: История развития белорусов как нации действительно древняя. На рубеже XIX-XX веков наша элита была озадачена поиском корней государственности. В 1917 году практически вся наша интеллигенция пришла к осознанию права белорусов на самоорганизацию. И первой попыткой провозглашения независимости было создание БНР в 1918 году. Историки и сегодня спорят о значении первого Всебелорусского съезда и БНР. Но для нас важно другое: идея национальной государственности волновала людей, и за нее боролись. Мне кажется правильным, что сегодня историки возвращаются к событиям столетней давности и внимательно анализируют их. Что говорить, только в конце ХХ века Беларусь получила независимость со всеми ее атрибутами. Это непростой процесс, требующий немало времени и усилий. Нынешняя независимая и суверенная Республика Беларусь исторически продолжает развитие нашей государственности. Сегодня мы – самостоятельная страна с присущими институтами власти, страна, определяющая самостоятельно свою политику, исходя из желания людей и интересов государства.

А. Беляев: Когда мы говорим о белорусской государственности с точки зрения политологии, нужно учитывать пять основных признаков. Наличие территории, на которой проживает население, связанное с ней понятиями гражданства, подчиненности закону. Аппарат публичной власти, занимающийся только управлением и имеющий важный признак – монополию на применение насилия в отношении граждан, вынесения каких-то наказаний, санкций. Далее – наличие собственной правовой и судебной системы, свои собственные законы, не похожие ни на что другое и которые действуют только на своей территории. Четвертый признак – суверенитет, независимость в принятии решений от кого бы то ни было. Выстраивание взаимоотношений с другими государствами так, как требуют национальные интересы. И последний признак – монополия на взимание экономических платежей. Это налоговая система, акцизы, сборы, таможенные платежи и тому подобное. Вот когда все пять признаков присутствуют, тогда можно говорить о реальном существовании государства.

Но я не совсем согласен с Николаем Владимировичем в том, что корни нашей государственности – в древних временах. С учетом пяти основных признаков все-таки государственность Беларуси мы должны отсчитывать с 1991 года, после распада СССР. Поэтому можно бесконечно рассуждать об исторических корнях этноса, сколь угодно долго говорить о формировании белорусской этнической территории – это вопросы истории. А что сегодня важно для государства? Во-первых, население, народ. Если мы исходим из позиций, что для нас важны интересы тех людей, которые здесь живут, это правильно. Территория – все-таки дело наживное и не является некой константой. А вот люди, народ, его самосознание – вот это важнее. Если оно есть, народ будет бороться, в том числе и за свою территорию. За последние почти 30 лет независимого государства в Беларуси сформировался народ, у которого есть собственные интересы и все институциональные возможности. Государство оформилось. Но истоки белорусской государственности, скажем прямо, берут свое начало в БССР. В БССР было все, кроме реального суверенитета. Правильно сказали коллеги, все-таки союзные органы в Москве доминировали над всей страной. Суверенитет национальных территорий на самом деле был фикцией.

Н. Смехович: Считаю, надо разделять понятия. Наши историки сделали прорыв: термин «государственность» у нас перестал быть нераздельной частью термина «государство». Впервые в мировой социогуманитарной мысли дали принципиально новое определение государственности: право этнонациональной общности на самостоятельное историческое существование и развитие. Оно не может быть кем-то даровано или отнято, оно реализуется национальной элитой, которая или способна это сделать, или нет. А формой реализации такого права как раз и является создание государства. Другое дело, что, например, национальная элита Речи Посполитой потерпела крах, не сумев предложить народу дальнейший путь исторического развития. Государство было ликвидировано. Впоследствии, в 1917-м, первый Всебелорусский съезд как раз и вырос из того, что белорусская национальная элита осознала право нации на государственность.

А. Беляев: Если мы говорим о факте существования современного независимого белорусского государства, он идет все-таки с 1991 года.

Н. Смехович: В нашей Конституции написано, что мы имеем тысячелетнюю историю…

А. Беляев: История и государственность, история народа и история государственности – это разные вещи. Например, на территории белорусских земель было Полоцкое княжество, которое потом распалось на семь. Так что, у нас было семь форм государственности? Или, скажем, часть восточнобелорусских земель входила в состав Смоленского княжества. Так вот если мы будем так дробить, то не увидим главного. Мы должны исходить из фактов: суверенная независимая Республика Беларусь существует с 1991 года.

– Вот видите, и мы включились в спор, который до сих пор ведут историки и архивисты, лингвисты и философы, о корнях нашей государственности. Их находят в глубине веков, в Полоцком княжестве, в Великом Княжестве Литовском и так далее. Но сам вопрос о государственном самоопределении белорусская интеллигенция поставила только в начале ХХ века. Свою государственную, экономическую и культурную роль в объединении нации, на мой взгляд, сыграла и БССР. Был создан мощный экономический потенциал, впервые были сформированы реально действовавший национальный аппарат госвласти, система образования и науки, искусства и культуры.

О. Гайдукевич: Я с историками дискутировать о корнях не стану. Споры об исторических событиях были, есть и будут. Полагаю, никакого общего знаменателя оппоненты не найдут. Дело в другом: цель этих споров? Если для нахождения истины – хорошо. Но если для манипуляции сознанием людей, как это происходит у нас, к примеру, вокруг Куропат, – это совсем другое. Важно подчеркнуть: наши люди должны гордиться и периодом Великого Княжества Литовского, и периодом Речи Посполитой и так далее. Любое время рождает и героев, и негодяев. Мы должны ценить и свою древнюю историю, и переломный для многих 1917 год, и после, вплоть до 1991-го. Народ, который не помнит и не чтит ее, не имеет будущего.

– Поэтому-то вначале и хотелось хотя бы немного поговорить о корнях. И в том числе вспомнить о людях, благодаря которым Беларусь знают во всем мире: Скорина, Сапега, Монюшко, Будный, Домейко и многие другие. Тема глубокая и обширная. Но давайте все-таки перекинем мостик ближе к дате, в честь которой мы с вами собрались, – 3 июля, День Независимости. И здесь некоторые спорят и задаются вопросом: почему именно 3 июля?

О. Гайдукевич: Мое личное мнение – это оптимальная дата по нескольким причинам. Освобождение от захватчиков – свято для любого нормального человека. Может ли что-то другое быть настолько объединяющим для всех? К примеру, 25 марта, день образования БНР, не может быть объединяющей датой точно так же, как 7 ноября, день Октябрьской революции. Эти события политизированы. Кто-то предлагал 27 июля 1990 года, когда Верховный Совет БССР принял Декларацию о государственном суверенитете. Но нельзя забывать, реальной независимости Беларусь не получила, последние годы доживал Советский Союз. А потом развал страны, тяжелейшее состояние. Люди проголосовали за одно, получили другое. Да, мы должны это знать, изучать в школе и ценить, но и эта дата будет политизирована. А вот с 3 июля это невозможно, это поистине всенародная дата.

А. Беляев: Согласен с Олегом Сергеевичем. История должна консолидировать народ. Поэтому, безусловно, 3 июля – самая объединяющая и щемящая душу дата. Она коснулась каждой семьи, каждого человека. К тому же еще живы те, кто принимал непосредственное участие в страшной войне. К сожалению, их становится все меньше.

В. Гайдукевич: Обратите внимание: на референдуме 1996 года подавляющее большинство белорусов проголосовало именно за 3 июля как за День Независимости. Так о чем еще спорить? В сознании и перед глазами каждого человека, даже не жившего в то время, падающая со здания Дома Правительства свастика. Мы, белорусы, обрели независимость, и сегодня наше государство как независимое и суверенное состоялось. Мы доказали, что не только имеем право быть, но и завоевали авторитет во всем мире.

А. Беляев: 3 июля – прекрасная дата, которой можно гордиться и которая знаменует собой освобождение от внешнего врага. Это дата, с которой, по сути, началось восстановление страны из руин. Если сравнить со странами СНГ, с которыми когда-то были в равных условиях, по многим показателям мы вырвались вперед.

– Белорусы испокон веков находились на перекрестке важнейших событий, нередко разрушительных. Через нашу территорию проходили, оставляя свой кровавый след, войны и захватчики. Более того, наша территория – своего рода граница между Западом и Востоком до сих пор. А сегодня – время новых реалий, принятия новых стратегических решений. На политическом уровне мы в первую очередь говорим о вызовах и угрозах. Военный конфликт в Украине, санкции против России, торговая война между США и Европой и тому подобное. Кто наши союзники и как выбрать оптимальный путь развития? От ответа на эти вопросы будет зависеть многое. В том числе и самое главное: сможет ли Беларусь сохранить независимость в будущем?

О. Гайдукевич: Да, мы между Востоком и Западом. Справа – Россия, слева – Европейский союз. Это прекрасное положение, которым нужно гордиться и воспользоваться. Мы всегда говорили, что хотим равноправного союза с Российской Федерацией, со странами СНГ. Но при этом в наших интересах выстраивать такие же взаимовыгодные отношения и со странами Евросоюза. Мы никогда ни в одной международной структуре не предавали своих союзников. И, полагаю, нам надо привыкнуть к мысли, что Беларусь всегда будут пытаться втянуть в ту или иную сферу влияния. Именно в силу нашего геополитического положения. Но ведь мы смогли за последние годы стать донором безопасности в регионе.

В. Гайдукевич: Для Беларуси с ее открытой экономикой внешние факторы – одни из мощных источников ускоренного развития. Да и национальные интересы требуют интеграции в мировое хозяйство на выгодных условиях. С экономической точки зрения мы должны стать своего рода сцепкой между Европой и Россией. Это выгодно нам, но в этом смысле мы нужны и России, и Прибалтике, и Украине, и, в конце концов, не только нашим ближайшим соседям.

Сегодня ради укрепления авторитета страны нам необходимо расширять круг деловых партнеров и надежных союзников. Не ссориться, не конфликтовать, а дружить со всеми. Принципиально важно в равной степени развивать сотрудничество с Востоком и Западом, не делая выбора между ними. Налаживать контакты нужно везде, чтобы нас знали, понимали и в итоге принимали. Только тогда с уверенностью можно рассчитывать на установление взаимовыгодных отношений. Сегодня благодаря многовекторной политике мы добились нового восприятия нашей страны в мире как независимого, миролюбивого государства, донора безопасности в регионе. Беларусь – инициатор и соавтор различных инициатив на таких важнейших международных площадках, как ООН, ОБСЕ, в других не менее значимых и авторитетных региональных организациях.

Что касается цивилизационного выбора, то он был сделан в пользу интеграции с Россией всем обществом. А вот можно ли согласовать национальные интересы Беларуси и России в современных условиях? С одной стороны, в мире растет приоритетность национальных экономических интересов. С другой – потенциал отношений между Россией и Беларусью огромен, и его необходимо использовать. Об этом постоянно говорит наш Президент, этого добиваются и депутаты парламентов двух стран.

А. Беляев: Наше географическое положение – данность. С одной стороны, это наша проблема, с другой – то, чем мы должны воспользоваться. Это приносит экономические доходы, потому что мы являемся транзитной территорией. По международной классификации через Беларусь проходят три транзитных коридора, связывающих Европу с Россией, Китаем. Считаю, этот фактор мы используем максимально. Беларусь стала частью выстраиваемого Поднебесной Великого шелкового пути, моста, который должен связать Восток и Запад в широком смысле. Но не надо думать только о транзите. Беларусь должна встраиваться в эту систему и предлагать что-то свое. Мы можем создавать совместные высокотехнологичные предприятия, проводить серьезные научные исследования. Словом, необходимо грамотно воспользоваться своим геополитическим положением.

С точки зрения политического измерения международных отношений очень важно, что мы себя позиционируем исключительно как страна мирная и миротворческая. Мы являемся, как уже сказали коллеги, донором безопасности, площадкой для переговоров по серьезным проблемам. Это говорит о том, что Беларусь, может, и не такими большими шагами, как хотелось бы, движется к диалогу со всеми странами. А в целом можно уверенно сказать: время все расставило по своим местам, и сегодня белорусы могут гордиться тем, что живут под мирным небом в свободном независимом государстве.

Ирина Германович, «Сельская газета», 28 июня 2018 г.