Ru En

Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь

основной государственный информационный ресурс в области права и правовой информатизации

Поиск

Ru En

Версия для печати

Главная / Новости / Аналитика

28.12.2021

Правовое регулирование будущего энергоперехода

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 13 декабря 2021 г.

Статья посвящена изучению проблем правового регулирования нового эпохального события: перевода энергетики от ископаемых источников на возобновляемые источники энергии, а также имеющихся научных исследований, положений действующего законодательства, сравнительному анализу норм права по этим вопросам в разных государствах, некоторым предложениям.

По мнению отдельных исследователей, в истории выделяются четыре энергоперехода, в настоящее время мир находится в начале четвертого [1]:

первый энергопереход – от биотоплива (дрова, древесный уголь и т.п.) к углю (доля угля в первичной энергии в 1840 году – 5 %, в 1900 году – 50 %);
второй энергопереход – увеличение доли нефти в первичной энергии (1915 год – 3 %, 1975 год – 45 %);
третий энергопереход – расширение использования газа (1930 год – 3 %, 2017 год – 23 %);
четвертый энергопереход – переход к возобновляемым источникам энергии: энергии ветра, солнца, приливов и т.д. (2017 год – 3 %).

Введение

Энергетический переход или энергопереход – существенная трансформация структуры источников энергии в энергетической системе (приумножение доли новейших источников с постепенной заменой прежних источников энергии в общем объеме энергопотребления).

Вспомним также, что неоиндустриализация представляет собой тандем науки, производства и новейших методов управления, включая цифровизацию.

Проанализируем энергопереход в качестве скорой и неминуемой реальности, беспристрастного подтверждения начавшейся неоиндустриализации, в которой не обойтись без его эффективного правового регулирования.

На примере энергопереходов мы имеем возможность наблюдать, как взаимосвязаны и объективно обусловлены процессы, происходящие не только в энергетике, но и в экономиках разных стран в достаточно короткие временные периоды. Менее чем за 200 лет мировая экономика переходит от дров к возобновляемым источникам производства энергии. Не менее объективна необходимость и в эффективном их правовом регулировании. Отставание и субъективизм в этих процессах чревато для экономик, для стран и народов.

Цель настоящей статьи – изучить современное состояние правового регулирования происходящего энергоперехода в Республике Беларусь в сравнении с иными государствами, а также разные точки зрения на эти вопросы.

Степень изученности проблемы: научные статьи, специально посвященные вопросам правового регулирования энергопереходов в Республике Беларусь, за последние пять–восемь лет отыскать не представилось возможным. Комплексных и системных научных исследований по этой проблеме тем более нет. Имеются только научные публикации о правовом регулировании проблем производства атомной энергии и некоторых видов возобновляемых источников энергии [2], а также кандидатская диссертация, близкая к теме настоящего исследования [3].

Для сравнения: в Российской Федерации научные диссертации, посвященные правовому регулированию энергетического перехода, обнаружить также не удалось, но имеется немалое количество научных статей [4].

Энергетический переход не просто известен, но и популярен в общественном дискурсе и политике для многих государств мира и Европы.

Постараемся узнать, имеет ли он значение для права, для правового регулирования в нашей стране и для наших соседних государств?

Основная часть

По мнению многих международных организаций, включая Всемирный экономический форум, энергетический переход – это не просто переход от одних источников энергии к другим, но еще и масштабная перестройка энергосистем. Она включает в себя несколько элементов: энергоэффективность, декарбонизацию (снижение выбросов углекислого газа), децентрализацию, цифровизацию (внедрение цифровых систем передачи, средств коммутации и управления, обеспечивающих передачу и распределение потоков информации в цифровом виде).

Ожидаемый и осуществляемый энергетический переход имеет своими целями:

решение климатической проблемы через отказ от фоссильного топлива (угля, нефти, природного газа, горючих сланцев и т.п.);
замену их возобновляемыми источниками энергии;
сохранение баланса «энергетического треугольника», обеспечивающего безопасность и доступ, экологическую устойчивость, экономическое развитие и рост.

Как известно, предпосылки к энергетическому переходу сформированы Парижским соглашением, заключенным лидерами 180 мировых государств в 2015 году (Парижское климатическое соглашение) [5]. Одновременно стремления ускорить переход к возобновляемым источникам энергии связаны с рисками и энергетическим кризисом, которые мы наблюдаем в настоящее время.

Но парадокс заключается в том, что вызовы, риски и угрозы энергетической безопасности одновременно являются движителями нашего стремления к объективной безопасности в этой сфере и обеспечения ее эффективного правового регулирования. Наш известный земляк и лауреат Нобелевской премии Жорес Алферов утверждал, что «… скоро любой возобновляемый источник энергии в качестве топлива станет рентабельнее нефти и газа».

А по прогнозам Международного энергетического агентства, в целом доля возобновляемых источников энергии в мировом энергобалансе вырастет с сегодняшних 26 % до 30 %, при этом почти 50 % роста обеспечат солнечная и ветровая энергетика. Карантинные меры ускорят переход к «зеленой энергетике», включая энергию ветра, солнца, вод и «мирного атома». В 2020 году возобновляемые источники энергии обеспечат выработку 40 % мирового производства электроэнергии [6].

На вышеописанном фоне уже трудно будет сказать, что данная проблема не актуальна для отечественного права и экономики, для субъектов хозяйствования.

Наоборот, своевременное правовое обеспечение и поддержка уже начавшегося энергоперехода экономики Республики Беларусь, ее отраслей и конкретных производств поможет избежать в будущем эскалации энергетических и экологических проблем, а также снижения темпов социально-экономического развития.

По мнению отдельных российских исследователей, «…роль государства в энергопереходе состоит в создании понятных и прозрачных механизмов реализации климатических проектов. Поскольку изменение климата неразрывно связано с комплексной трансформацией всей экономики, следует параллельно развивать лесные проекты, водородную энергетику, повышать энергоэффективность, модернизировать производство…» [7].

Другие авторы вполне обоснованно называют конкретные унифицированные методы и пути правового регулирования общественных отношений в исследуемой сфере. «… Это экономическое стимулирование, налоговые льготы, программы господдержки, госзаймы на приобретение оборудования, временное субсидирование потребления энергии из ВИЭ для населения и производств, установление скидок на приобретение оборудования для производства и потребления возобновляемой энергии, снятие административных барьеров и даже прямое регулирование цен через установление льготных тарифов приобретения электроэнергии электросетями от поставщиков из возобновляемых источников и др.» [8].

Иные правоведы говорят о «…правовом закреплении особой ответственности государства:

а) за обеспечение стабильного и благоприятного инвестиционного климата, включающего высокую правовую защищенность и ликвидность частных инвестиций;

б) по своим обязательствам (гарантийным и финансовым), включению проектов «зеленой» экономики в сферу проектов, реализуемых на основе концессионных соглашений и соглашений о ГЧП;

в) за бюджетное финансирование направлений стратегического развития, к примеру, таких как нацпроекты, обеспечивающие господдержку, а также учет экологических приоритетов и требований при осуществлении государственных, муниципальных и корпоративных закупок компаний госсектора» [9].

Соглашаясь с необходимостью комплексного подхода к трансформации всей экономики, этот же комплексный принцип необходимо распространить и на правовое регулирование процессов, происходящих в энергетике при энергопереходе.

В правовой доктрине и системе, а также в законодательстве Республики Беларусь словосочетание «энергетический переход» в любых его интерпретациях пока не встречается.

Но в отдельных актах законодательства Республики Беларусь можно обнаружить положения, свидетельствующие об устремлении к участию в общемировой тенденции увеличения доли энергии с использованием возобновляемых источников энергии.

Так, еще в 2017 году на Министерство природы возлагалась такая функция, как:

разработка предложений по вопросам … в том числе снижения выбросов загрязняющих веществ и парниковых газов посредством увеличения использования возобновляемых источников энергии, внедрения низкоуглеродных и безуглеродных технологий, перехода на низкоуглеродное развитие, исключающее использование высокоуглеродных видов топлива для включения их в проекты прогнозов и программ социально-экономического развития Республики Беларусь (подп. 6.1) [10].

Для сравнения, в Российской Федерации, например, также еще нет законодательных актов с этим термином, но есть акты законодательства.

Так, в Распоряжении Правительства РФ [11] названа стратегическая цель: реализация национального потенциала в области производства, экспорта, применения водорода и промышленной продукции для водородной энергетики и вхождение Российской Федерации в число мировых лидеров по их производству и экспорту с обеспечением конкурентоспособности экономики страны в условиях глобального энергетического перехода (п. 27).

Имеются и иные правовые акты, утверждающие рабочие группы, дающие поручения заинтересованным министерствам по подготовке предложений по минимизации рисков, связанных с глобальным энергопереходом и адаптацией к нему российской экономики.

Такую же работу, по нашему мнению, предстоит выполнить и в нашей стране. Кроме того, в Республике Беларусь имеется ряд законодательных актов, которые непосредственно или опосредованно регулируют вопросы предстоящего энергетического перехода. С целью их координации и возможного обновления стоит также предпринять необходимые усилия.

Так, в Законе о возобновляемых источниках энергии [12, ст. 4] среди принципов государственной политики стоит указать не только приоритетность, эффективность и рациональный характер использования возобновляемых источников энергии, но и постепенный переход экономики на возобновляемые источники энергии. Такие правовые нормы послужили бы не только стимулом для развития возобновляемой энергетики, подчеркнув объективную неизбежность данного процесса, но и гарантией для самой энергетики и научных исследований в этой сфере общественных отношений.

Не менее важно, на наш взгляд, на законодательном уровне уточнить, что с помощью возобновляемых источников можно получать не только электрическую, но и тепловую, электромагнитную, химическую, атомную и иные виды энергии.

Кроме того, принцип государственной поддержки и стимулирования использования возобновляемых источников энергии [12, ст. 4] необходимо дополнить нормами о заинтересованности государства и в негосударственной поддержке производства возобновляемой энергии. Они, в свою очередь, открыли бы путь к совершенствованию правовых норм ст. 18 Закона [12], в частности к преференциям при кредитовании негосударственными банками такого производства.

Не будет лишней и более подробная расшифровка понятия «возобновляемые источники энергии». В действующей редакции Закона [12, ст. 1] это энергия солнца, ветра, тепла земли, естественного движения водных потоков, древесного топлива, иных видов биомассы, биогаза, а также иные источники энергии, не относящиеся к невозобновляемым.

В законе Российской Федерации об электроэнергетике [13, ст. 3] дана более подробная дефиниция возобновляемых источников. В нее включены энергия солнца, ветра, вод (в том числе энергия сточных вод), а также энергия приливов волн водных объектов, в том числе водоемов, рек, морей, геотермальная энергия с использованием природных подземных теплоносителей, низкопотенциальная тепловая энергия земли, воздуха, воды с использованием специальных теплоносителей, биомасса, включающая в себя специально выращенные для получения энергии растения, в том числе деревья, а также отходы производства и потребления, за исключением отходов, полученных в процессе использования углеводородного сырья и топлива, биогаз, газ, выделяемый отходами производства и потребления на свалках таких отходов, газ, образующийся на угольных разработках.

В таком подробном перечислении возможных источников возобновляемой энергии, на наш взгляд, имеется большой смысл, поскольку дает хороший ориентир для их практического использования и для научных исследований по этой теме.

Нуждается в корректировке и Закон об энергосбережении [14, ст.ст. 1, 14], в котором возобновляемые источники энергии отнесены почему-то к местным топливно-энергетическим ресурсам, независимо от природы, географии и объемов их происхождения.

Субъектами отношений в сфере энергосбережения в Законе [14, ст. 3] названы только Республика Беларусь, административно-территориальные единицы Республики Беларусь, юридические лица, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, иностранные государства, иностранные и международные юридические лица (организации, не являющиеся юридическими лицами). Не названы в этом перечне общественные и иные негосударственные организации, которые могут быть пользователями энергии.

Если среди субъектов общественных отношений по энергосбережению являются юридические лица (надо понимать, несмотря на форму собственности), физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, то закономерно возникает вопрос, почему в Законе [14, ст. 5] речь идет только о государственном регулировании энергосбережения? Ведь каждый собственник является наиболее заинтересованным лицом в сбережении своего имущества, в том числе и энергии (произведенной или приобретенной). Следовательно, нужно сформулировать нормы о правилах этого регулирования. Даже функции контроля за энергосбережением не следует оставлять только в руках государства и его органов.

Перечень и содержание принципов государственного регулирования в энергосбережении также, по нашему мнению, стоит пересмотреть с учетом необходимости отражения энергоперехода, а также возможностей негосударственного регулирования данных правоотношений.

Удивительно, но потребуются изменения и в Закон «О газоснабжении» [15]. На первый взгляд, газ не относится к числу возобновляемых источников энергии. Но это касается только природного добываемого газа. Но ведь в российском законе [13, ст. 3] определение возобновляемых источников включает и газ (энергия воздуха, биомасса, включающая в себя специально для получения энергии растения, биогаз, газ, выделяемый отходами производства и потребления на свалках таких отходов, газ, образующийся на угольных разработках). Понятно также, что при наличии огромных запасов газа отказываться от него полностью и зачислять только в невозобновляемые источники энергии никто не собирается. Поэтому, включив газ в возобновляемые источники энергии, никто от этого не пострадает. Даже наоборот. Но корректировать Закон «О газоснабжении» [15] будет необходимо, в том числе расширив перечень газов возобновляемыми его видами, а также сформулировав принципы правового регулирования газоснабжения, упомянув и энергетический переход.

При этом объективно напрашивается мысль возвратиться к идее консолидированного нормативного правового акта в виде энергетического кодекса, то есть совокупности законов, взаимосвязанных едиными принципами и правилами правового регулирования энергетики.

Понятно, что перечисленные выше предложения в случае их реализации вызовут необходимость пересматривать и иные законодательные акты: налоговый кодекс, закон об объектах, находящихся только в собственности государства, и видах деятельности, на осуществление которых распространяется исключительное право государства и другие. Но это находится уже за рамками настоящей исследуемой проблемы.

В ближайшее же время вопросы, поднятые в настоящей статье, придется решать в той или иной мере.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Прогноз развития энергетики мира и России 2019 / под ред. А. А. Макарова, Т. А. Митровой, В. А. Кулагина ; ИНЭИ РАН – Московская школа управления СКОЛКОВО – Москва, 2019. – 210 с. – ISBN 978-5-91438-028-8 – С. 15 (электронная версия).

2. Каменков, В. С. Система источников энергетического права (части 1 и 2) // КонсультантПлюс, 2017 (электронная версия) ; Дубинский, Н. А. Техническое регулирование в Евразийском экономическом союзе // КонсультантПлюс, 2016 (электронная версия) ; Карпович, Н. А. Экологическая политика Республики Беларусь: теоретические и концептуальные основы совершенствования правового обеспечения // КонсультантПлюс, 2015 (электронная версия) и др.

3. Ванькович, Е. Э. Правовое обеспечение экологической безопасности при использовании возобновляемых источников энергии // https://elib.bsu.by/handle/123456789/193864.

4. Символоков, О. А. Правовое обеспечение развития технологий использования возобновляемых источников энергии // Журнал российского права. – 2020. – № 9. – С. 53–67 (электронная версия) ; Лахно, П. Г. Об энергетическом праве и не только... // Предпринимательское право. – 2019. – № 4. – С. 32–45 (электронная версия) ; Выпханова, Г. В., Жаворонкова, Н. Г. Инновации в энергетике: организационно-правовые аспекты // Актуальные проблемы российского права. – 2021. – № 1. – С. 189–203 (электронная версия) и др.

5. Дубовик, О. Л., Аверина, К. Н. Значение Парижского соглашения для охраны климата: крупномасштабные планы и проблемы с их реализацией // Международное право и международные организации. – 2018. – № 4. – С. 18–27 (электронная версия).

6. Символоков, О. А. Договоры в электроэнергетике: проблемы теории и практики: монография. – М. : Инфотропик Медиа, 2021. – 186 с. (электронная версия).

7. Спиридонова, Е. В. Предпосылки становления системы правового регулирования лесоклиматических проектов в России // Экологическое право. – 2021. – № 3. – С. 29–34 (электронная версия).

8. Краснова, И. О. Зарубежный опыт правового регулирования использования возобновляемых источников энергии // Экологическое право. – 2019. – № 4. – С. 7. (электронная версия).

9. Новикова, Е. В. Концептуальные основы правового регулирования «зеленой» экономики в России // Экологическое право. – 2020. – № 5. – С. 3–10. (электронная версия).

10. О некоторых вопросах Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь : постановление Совета Министров Республики Беларусь от 20.06.2013 № 503 (ред. от 12.09.2019) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 17.09.2019, 5/47008.

11. Об утверждении Концепции развития водородной энергетики в Российской Федерации : Распоряжение Правительства РФ от 05.08.2021 № 2162-р // Собрание законодательства РФ, 16.08.2021, № 33, ст. 6124.

12. О возобновляемых источниках энергии : Закон Республики Беларусь от 27.12.2010 № 204-З (ред. от 09.01.2018) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 18.01.2018, 2/2529.

13. Об электроэнергетике (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.07.2021) : Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ (ред. от 11.06.2021) // Собрание законодательства РФ, 14.06.2021, № 24 (Часть I), ст. 4188.

14. Об энергосбережении : Закон Республики Беларусь от 08.01.2015 № 239-З // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 11.01.2015, 2/2237.

15. О газоснабжении : Закон Республики Беларусь от 04.01.2003 № 176-З (ред. от 17.07.2018) // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 31.07.2018, 2/2572.

Каменков В.С.,
научный консультант, профессор кафедры финансового права
и правового регулирования хозяйственной деятельности
Белорусского государственного университета, директор
Международного научно-образовательного центра медиации,
примирения и третейских процедур, национальный корреспондент
Беларуси в ЮНСИТРАЛ, доктор юридических наук, профессор

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах «ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»

Материал предоставлен Национальным центром правовой информации Республики Беларусь
При использовании материала ссылка на Национальный центр правовой информации Республики Беларусь обязательна!
(фото автора)

Теги: авторский материал, энергосбережение

Госстандарт – о новациях правового регулирования вопросов энергосбережения

10 апреля вступили в силу изменения в Закон Республики Беларусь от 8 января 2015 г. № 239-З «Об энергосбережении», предусмотренные Законом Республики Беларусь от 31 декабря 2025 г. № 128-З. В Государственном комитете по стандартизации прокомментировали основные нововведения.

Так, в Республике Беларусь существенно обновлен порядок установления норм расхода и предельных уровней потребления топливно-энергетических ресурсов (ТЭР). Ключевым нововведением стало изменение механизма их утверждения.

Процедура стала значительно проще: все нормы расхода ТЭР для нормируемых юридических лиц теперь устанавливаются исключительно Департаментом по энергоэффективности Госстандарта или его территориальными органами. Участие иных государственных органов и организаций в данном процессе исключено.

Справочно

Ранее нормы расхода ТЭР устанавливались республиканскими органами государственного управления, организациями, подчиненными Совету Министров, а также областными и Минским городским исполнительными комитетами для подчиненных им организаций (входящих в их состав, систему) после обязательного согласования с Департаментом по энергоэффективности или его территориальными органами.

Департамент по энергоэффективности Госстандарта и его территориальные органы устанавливали нормы для остальных организаций.

Такой подход позволит снизить административную нагрузку на республиканские и местные органы власти, обеспечить единообразие требований для юридических лиц всех форм собственности, повысить прозрачность и эффективность процесса нормирования.

Как теперь будет строиться порядок обращения юридических лиц?

Определен следующий порядок подачи документов в зависимости от годового суммарного потребления ТЭР:

1. 50 000 тонн условного топлива и более (включая организации с источниками тепловой энергии производительностью от 0,5 Гкал/ч): документы направляются в Департамент по энергоэффективности Госстандарта.

2. От 300 до 50 000 тонн условного топлива (включая наличие источников тепловой энергии от 0,5 Гкал/ч): документы направляются в областные и Минское городское управления по надзору за рациональным использованием ТЭР.

3. Менее 300 тонн условного топлива при наличии источников тепловой энергии производительностью от 0,5 Гкал/ч: нормы устанавливаются только для таких источников, документы также подаются в областные и Минское городское управления по надзору за рациональным использованием ТЭР.

Сроки подачи документов остаются прежними: не позднее чем за месяц до ввода норм в действие, а при пересмотре – не позднее чем за месяц до окончания срока их действия.

Кроме того, процедура теперь цифровизирована!

В рамках цифровизации деятельности и перевода в электронную форму осуществляемых административных процедур на едином портале электронных услуг «Е-Паслуга» реализована административная процедура: «Установление норм расхода и (или) предельных уровней потребления топливно-энергетических ресурсов для юридических лиц с годовым суммарным потреблением топливно-энергетических ресурсов 300 тонн условного топлива и более и (или) юридических лиц, имеющих источники тепловой энергии производительностью от 0,5 Гкал/час и более». Код услуги: 548.2.1.1.

Административная процедура 548.2.1.1. осуществляется на основании единого перечня административных процедур, осуществляемых в отношении субъектов хозяйствования, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 24 сентября 2021 г. № 548.

Для того чтобы получить услугу по установлению норм расхода топливно-энергетических ресурсов в электронном виде необходимо на едином портале электронных услуг «Е-Паслуга» в перечне доступных административных процедур выбрать административную процедуру 548.2.1.1, ознакомиться с информацией, заполнить обязательные поля заявления об осуществлении административной процедуры, в том числе прикрепить необходимые документы (сведения), и отправить указанное заявление в уполномоченный орган.

Подача (отзыв) заинтересованным лицом заявления в электронной форме производится после его строгой аутентификации на ЕПЭУ посредством ЕС ИФЮЛ (с использованием действующего личного ключа, СОК которого издан РУЦ ГосСУОК, биометрических документов, удостоверяющих личность, а также иных способов строгой аутентификации, доступных в ЕС ИФЮЛ).

Срок оказания услуги: месяц со дня, следующего за днем подачи заявления.

Административная процедура осуществляется бесплатно.

Результатом рассмотрения заявления об осуществлении административной процедуры является принятое административное решение:

об установлении норм расхода и (или) предельных уровней потребления топливно-энергетических ресурсов в формате pdf;
мотивированный отказ в установлении норм расхода и (или) предельных уровней потребления топливно-энергетических ресурсов в формате pdf;
отказ в приеме заявления на установление норм расхода и (или) предельных уровней потребления топливно-энергетических ресурсов в формате pdf.

Административное решение направляется в виде электронного документа в личный кабинет заинтересованного лица на ЕПЭУ.

Упрощается порядок строительства: государственные экспертизы объединяются для сокращения сроков и затрат

В рамках реализации поручения Главы государства о кардинальном упрощении организации строительства и поэтапном сокращении обязательных требований в этой сфере Совет Министров Республики Беларусь принял решение об объединении государственных экспертиз. Теперь оценка проектной документации будет проводиться в формате комплексного подхода.

Ключевым изменением станет исключение экспертизы энергетической эффективности как самостоятельной процедуры.

С 10 апреля 2026 г. в связи со вступлением в силу изменения Закона Республики Беларусь от 8 января 2015 г. № 239-З «Об энергосбережении» данные функции будут осуществляться в рамках единой госстройэкспертизы градостроительных проектов и проектной документации.

Проведение экспертизы обеспечивает республиканское унитарное предприятие «Главгосстройэкспертиза» (подведомственно Госстандарту) и его дочерние предприятия в областях и Минске.

Сохранение регулирования и новый порядок

Госстандарт сохраняет за собой функции уполномоченного органа в сфере энергосбережения и проведение единой государственной политики в этой области. Департамент по энергоэффективности Госстандарта продолжит согласование предпроектной (предынвестиционной) документации для строительства энергоисточников.

Вместе с тем упраздняется как отдельный самостоятельный вид экспертизы – государственная экспертиза энергоэффективности.

Соблюдение требований строительных норм и правил в области энергетической эффективности, а также соответствие решений, приведенных в согласованном Департаментом задании на разработку проектной документации будет оцениваться в рамках проведения госстройэкспертизы.

Преимущества для инвесторов и застройщиков

Новый подход позволяет:

сократить инвестиционно-строительный цикл;
сократить административную нагрузку на застройщиков.

Важно отметить, что оценка энергоэффективных мероприятий при возведении и реконструкции зданий и сооружений соответствует положениям Кодекса об архитектурной, градостроительной и строительной деятельности и будет осуществляться исключительно в рамках госстройэкспертизы. При этом установленный порядок и сроки проведения госстройэкспертизы не изменятся.

Упрощение административных процедур

Упраздняется административная процедура, предусмотренная подпунктом 3.5.2 единого перечня административных процедур в отношении субъектов хозяйствования, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 24 сентября 2021 г. № 548.

Получение отдельного заключения государственной экспертизы энергетической эффективности по проектной документации на возведение и реконструкцию энергоисточников больше не потребуется, так как данный вид экспертизы перестает существовать как самостоятельный.

Для заявителей ничего не меняется

Для субъектов хозяйствования, направляющих документацию на госстройэкспертизу, порядок взаимодействия с республиканским унитарным предприятием «Главгосстройэкспертиза» и ее дочерними предприятиями остается прежним. Вместе с тем отмена необходимости предварительного получения отдельного заключения по энергоэффективности позволит сократить общие сроки реализации инвестиционных проектов.

Информация предоставлена Государственным комитетом по стандартизации Республики Беларусь для Национального правового Интернет-портала Республики Беларусь
При использовании материала гиперссылка на источник обязательна!

Госстандарт – об изменении Закона об энергосбережении

31 декабря 2025 г. Главой государства подписан Закон Республики Беларусь № 128-З «Об изменении Закона Республики Беларусь «Об энергосбережении». В Государственном комитете по стандартизации Республики Беларусь разъяснили основные положения правового акта.

Законом вносятся изменения в Закон Республики Беларусь от 8 января 2015 г. № 239-З «Об энергосбережении» в целях его технического приведения с нормами ранее принятых законодательных актов, а также закрепления на законодательном уровне одобренных Правительством Республики Беларусь решений по оптимизации отдельных административных процедур в сфере энергосбережения, принятия решений о дальнейшей цифровизации данных административных процедур.

В частности, упрощается порядок по установлению норм расхода топливно-энергетических ресурсов для государственных организаций. Так, функции осуществления соответствующей административной процедуры 2.1.1 для организаций всех форм собственности возлагаются на Департамент по энергоэффективности Госстандарта и его территориальные органы.

Данная мера позволит снизить нагрузку на республиканские органы государственного управления и иные государственные организации, подчиненные Совету Министров Республики Беларусь, на местные исполнительные и распорядительные органы базового территориального уровня, а также привести к единообразию подход к юридическим лицам разных форм собственности в части установления норм расхода топливно-энергетических ресурсов и в максимально короткие сроки цифровизировать данный процесс.

Одновременно государственная экспертиза энергоэффективности исключается из формата самостоятельной и будет осуществляться в рамках госстройэкспертизы градостроительных проектов, проектной документации, обеспечиваемой подчиненными Госстандарту РУП «Главгосстройэкспертиза» и его дочерними предприятиями по областям и г. Минску.

Данный подход позволит устранить множественность понятий в отношении государственной экспертизы и сократить инвестиционные сроки строительства, что будет способствовать сокращению затрат на строительство объектов. Вносимые изменения соответствуют нормам Кодекса Республики Беларусь об архитектурной, градостроительной и строительной деятельности.

Предлагаемые изменения крайне актуальны, поскольку, фактически, являются прямым результатом выполнения поручений Главы государства по оптимизации административных процедур и по упрощению процесса организации строительства, снизят нагрузку на юридических лиц, упростят необходимые для обеспечения их деятельности государственные процессы.

Изменение ориентировочной стоимости предмета государственной закупки

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 25 апреля 2022 г.

Условия нестабильного экономического оборота, введения ограничений на свободу передвижения товаров, работ, услуг, санкционное давление, изменение традиционных логистических потоков оказывают значительное влияние на осуществление государственных закупок. Изменение валютных курсов и отсутствие ряда товарных позиций на рынке либо перебои в поставках напрямую воздействуют на ориентировочную стоимость предмета государственной закупки.

Системное толкование законодательства о государственных закупках позволяет сделать вывод о том, что ориентировочную стоимость предмета государственной закупки заказчик должен определять каждый раз перед проведением конкретной процедуры государственной закупки. Данный вывод строится на соотношении понятий «предмет государственной закупки» и «ориентировочная стоимость предмета государственной закупки». Так, предмет государственной закупки составляют товары, работы, услуги, которые определены заказчиком для приобретения в рамках конкретной процедуры государственной закупки. Соответственно, для каждой процедуры государственной закупки заказчик определяет свой предмет. В свою очередь, ориентировочная стоимость предмета государственной закупки определяется как предполагаемая общая сумма выплат со стороны заказчика в пользу поставщика, подрядчика исполнителя.

Необходимость определения ориентировочной стоимости предмета государственной закупки имеет место в том числе, когда мы проводим повторную процедуру государственной закупки или процедуру закупки из одного источника по пункту 7 приложения к Закону о государственных закупках. Соответственно, при этом возможно изменение ориентировочной стоимости предмета государственной закупки по сравнению с предыдущей процедурой как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения. Обращаем внимание, что правила проведения повторных процедур государственных закупок и правила перехода к процедуре закупки из одного источника, закрепленные в пункте 2 статьи 27 Закона о государственных закупках, не содержат каких-либо запретов на возможность изменения ориентировочной стоимости предмета государственной закупки при переходе к последующим процедурам, включая к одному источнику. Вместе с тем полагаем невозможным проведения повторной процедуры или процедуры закупки из одного источника без определения ориентировочной стоимости предмета государственной закупки, даже если заказчик, например, убежденно уверен, что она не изменилась ни в сторону увеличения, ни в сторону уменьшения.

Способы определения ориентировочной стоимости предмета государственной закупки, закрепленные в постановлении Министерства антимонопольного регулирования и торговли Республики Беларусь от 12 апреля 2019 г. № 35 (далее – постановление МАРТ № 35), не содержат своего рода методики расчета ориентировочной стоимости предмета государственной закупки, иных методов ее определения. Поскольку согласно части 2 подп. 1.2 пункта 1 постановления МАРТ № 35 приоритетным является способ изучения конъюнктуры рынка, то прямого ответа на вопрос, как следует определить ориентировочную стоимость в ситуации, когда мы имеем «диапазон» цен. Например, информация, содержащаяся в реестре договоров государственных закупок в ГИАС, либо информация о ценах на товары (работы, услуги), полученные по запросу у потенциальных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), существенно разнится. Постановление МАРТ № 35 или иной нормативный правовой акт не закрепляет, как в такой ситуации определить ориентировочную стоимость предмета государственной закупки.

Не будет являться нарушением законодательства о государственных закупках определение в качестве ориентировочной стоимости предмета государственной закупки минимальной цены на товар (работы, услуги), полученной в результате изучения конъюнктуры рынка, либо, например, средней арифметической данных цен. В любом случае заказчику необходимо взвешенно подходить к определению ориентировочной цены предмета государственной закупки с учетом всех нюансов конкретной процедуры закупки и руководствуясь принципом эффективного расходования бюджетных средств и (или) средств государственных внебюджетных фондов.

Следует помнить, что именно ориентировочная стоимость предмета государственной закупки является начальной ценой электронного аукциона, соответственно, заказчик не должен искусственно занижать ориентировочную стоимость с целью, например, создания ситуации, чтобы электронный аукцион не состоялся по причине отсутствия предложений, поскольку на заниженную ориентировочную стоимость предмета государственной закупки «не придет» ни один участник.

В любом случае полагаем целесообразным также обращать внимание на сезонное колебание цен, например, на плодоовощную продукцию.

Заказчику также необходимо иметь в виду, что результаты изучения конъюнктуры рынка должны быть размещены в дело по процедурам государственных закупок согласно части второй пункта 1 ст. 28 Закона о государственных закупках.

Необходимо также помнить, что при проведении процедуры закупки из одного источника заказчик (организатор) проводит изучение конъюнктуры рынка согласно правилам, установленным постановлением Министерства антимонопольного регулирования и торговли Республики Беларусь от 12 апреля 2019 г. № 30 (далее – постановление МАРТ № 30), в целях определения поставщика (подрядчика, исполнителя). Таким образом, заказчику необходимо различать определение ориентировочной стоимости предмета государственной закупки в соответствии с постановлением МАРТ № 35 и изучение конъюнктуры рынка в процедуре закупки из одного источника в соответствии с постановлением МАРТ № 30. Несмотря на внешнее сходство, данные варианты изучения конъюнктуры рынка имеют существенные отличия и различное правовое значение и проводятся в соответствии с разными правовыми механизмами.

Законодательство о государственных закупках также не содержит запрета для потенциального поставщика (подрядчика, исполнителя) подавать свое предложение с ценой выше ориентировочной стоимости предмета государственной закупки в открытом и закрытом конкурсах, а также в запросе ценовых предложений и в процедуре закупки из одного источника.

Бакиновская О.А.,
кандидат юридических наук, доцент

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах «ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»

О декларировании товаров в таможенной процедуре временного вывоза

К вопросу об указании в декларации на товары сведений о стоимости при декларировании товаров в таможенной процедуре временного вывоза

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 4 октября 2021 г.

В практике таможенных органов на периодической основе возникают случаи, когда декларант при заполнении тех или иных таможенных документов сталкивается с необходимостью разъяснения положений таможенного законодательства в части заполнения отдельных элементов (граф) таких документов. Один из подобных вопросов – вопрос указания сведений о стоимости в декларации на товары при декларировании товаров в таможенной процедуре временного вывоза.

В первую очередь необходимо отметить, что согласно положениям ст. 105 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза от 11 апреля 2017 г. (далее – ТМК ЕАЭС) ДТ (далее – ДТ) выступает в качестве одних из основных видов таможенных деклараций, применяемых при таможенном декларировании.

ДТ используется при помещении товаров под таможенные процедуры, за исключением таможенной процедуры таможенного транзита, а в случаях, предусмотренных ТМК ЕАЭС, – при таможенном декларировании припасов.

Формы, структуры и форматы электронной таможенной декларации (ДТ) и электронных видов таможенной декларации (ДТ) на бумажном носителе и порядки их заполнения определяются Евразийской экономической комиссией.

В качестве ДТ допускается использование транспортных (перевозочных), коммерческих и (или) иных документов, в том числе предусмотренных международными договорами государств – членов ЕАЭС с третьей стороной, содержащих сведения, необходимые для выпуска товаров, в случаях и порядке, определяемых ТМК ЕАЭС, международными договорами государств – членов ЕАЭС с третьей стороной и (или) Евразийской экономической комиссией и законодательством государств – членов ЕАЭС в случаях, предусмотренных Евразийской экономической комиссией.

При использовании в качестве ДТ транспортных (перевозочных), коммерческих и (или) иных документов, в том числе предусмотренных международными договорами государств – членов ЕАЭС с третьей стороной, таможенное декларирование осуществляется в письменной форме, если иное не определено Евразийской экономической комиссией и (или) законодательством государств – членов ЕАЭС о таможенном регулировании.

В зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров по таможенной территории ЕАЭС, Евразийская экономическая комиссия вправе определять перечень транспортных (перевозочных), коммерческих и (или) иных документов, в том числе предусмотренных международными договорами государств – членов ЕАЭС с третьей стороной, используемых в качестве транзитной декларации, а также случаи и порядок их использования.

Согласно положениям ст. 106 ТМК ЕАЭС в ДТ подлежат указанию сведения:

о заявляемой таможенной процедуре;
о декларанте, таможенном представителе, отправителе, получателе, продавце и покупателе товаров;
о транспортных средствах международной перевозки, а также транспортных средствах, которыми товары перевозились (будут перевозиться) по таможенной территории ЕАЭС;
о товарах:

наименование, описание, необходимое для исчисления и взимания таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, для обеспечения соблюдения запретов и ограничений, мер защиты внутреннего рынка, принятия таможенными органами мер по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, идентификации, отнесения к одному десятизначному коду Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности ЕАЭС (утверждена Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 г. № 54 «Об утверждении единой Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза и Единого таможенного тарифа Евразийского экономического союза»);
код товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности;
происхождение товаров;
наименование страны отправления и страны назначения;
производитель товаров;
товарный знак;
наименование места происхождения товара, являющееся объектом интеллектуальной собственности, включенным в единый таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности государств – членов ЕАЭС и (или) национальный таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности, который ведется таможенным органом государства – члена ЕАЭС, таможенному органу которого подается ДТ;
описание упаковок;
цена, количество в килограммах (вес брутто и вес нетто) и в дополнительных единицах измерения;
таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров);
статистическая стоимость;

об исчислении таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин:

ставки таможенных пошлин, налогов, таможенных сборов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин;
льготы по уплате таможенных платежей;
тарифные преференции;
суммы исчисленных таможенных пошлин, налогов, таможенных сборов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин;
курс валют, применяемый для исчисления таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в соответствии с ТМК ЕАЭС;

о сделке с товарами и ее условиях;
о соблюдении запретов и ограничений в соответствии со ст. 7 ТМК ЕАЭС;
о соблюдении условий помещения товаров под таможенную процедуру;
о документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ, указанных в ст. 108 ТМК ЕАЭС;
о документах, подтверждающих соблюдение законодательства государств – членов ЕАЭС, контроль за соблюдением которого возложен на таможенные органы;
о лице, заполнившем ДТ, и дата ее составления;
иные сведения, определяемые Евразийской экономической комиссией.

При определении порядка заполнения формы ДТ Евразийская экономическая комиссия вправе сокращать сведения, подлежащие указанию в ДТ, в зависимости от таможенной процедуры, категорий товаров, лиц, их перемещающих через таможенную границу ЕАЭС, и (или) вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров.

На сегодняшний день форма ДТ, а также порядок ее заполнения утверждены Решением Комиссии Таможенного союза от 20.05.2010 г. № 257 (ред. от 17.12.2019 г.) «О форме ДТ и порядке ее заполнения» (далее – решение № 257, Порядок заполнения ДТ).

Собственно порядок заполнения граф ДТ декларантом при декларировании товаров в таможенной процедуре временного вывоза регламентирован посредством главы III Порядка заполнения ДТ.

Следует напомнить, что согласно ст. 227 ТМК ЕАЭС под таможенной процедурой временного вывоза понимается таможенная процедура, применяемая в отношении товаров Союза, в соответствии с которой такие товары вывозятся с таможенной территории Союза для их временного нахождения и использования за ее пределами без уплаты вывозных таможенных пошлин при соблюдении условий помещения товаров под эту таможенную процедуру и их использования в соответствии с такой таможенной процедурой. При этом товары, помещенные под таможенную процедуру временного вывоза и фактически вывезенные с таможенной территории Союза (далее – временно вывезенные товары), утрачивают статус товаров Союза.

Так, согласно положениям главы III Порядка заполнения ДТ в Республике Беларусь при декларировании товаров в таможенной процедуре временного вывоза декларантом заполняются следующие графы ДТ: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 11, 12, 14, 15, 15 (a; b), 16, 17, 17 (a; b), 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, «B», 48, 54.

Стоит отметить, что в Республике Беларусь графа 43 не заполняется. Кроме того, в Республике Беларусь графы 12 «Общая таможенная стоимость» и 45 ДТ «Таможенная стоимость» не заполняются при помещении товаров, в том числе под таможенную процедуру временного вывоза, если в отношении таких товаров не установлены таможенные пошлины и налоги, исчисляемые исходя из их таможенной стоимости.

Графы 3, 4, 5, 6, 7, 11, 12, 14, 19, 22, 23, 24, 25, 26, 32, 33, 35, 36, 37, 38, 39, 41, 42, 43, 44, 45, 48 и 54 заполняются в соответствии с порядком заполнения ДТ, предусмотренным разделом II Порядка заполнения ДТ.

В частности, в первом подразделе графы 22 ДТ «Валюта и общая сумма по счету» для Республики Беларусь указывается буквенный код валюты платежа (оценки), в которой определена стоимость заявленных в ДТ товаров, в соответствии с классификатором валют.

На сегодняшний день действует классификатор валют, утвержденный Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 г. № 378 (ред. от 21.04.2020) «О классификаторах, используемых для заполнения таможенных документов». Данный классификатор представляет собой таблицу с указанием цифровых кодов валют (например, «532»), буквенных кодов валют (например, «ANG») и их полных наименований (в частности, «Нидерландский антильский гульден»).

Если условиями договора (контракта) предусмотрено более одной валюты цены (валюты платежа (оценки)), при заявлении сведений о валюте цены (валюте платежа (оценки)) указывается код преобладающей валюты цены (валюты платежа (оценки)).

В случае если на договор (контракт) распространяется требование о постановке на учет договора (контракта) в уполномоченном банке, об оформлении паспорта сделки либо регистрации договора (контракта) для целей валютного контроля в соответствии с законодательством государства – члена Союза, в таможенный орган которого подается ДТ, сведения о валюте цены (валюте платежа (оценки)) указываются на основании договора (контракта), поставленного на учет в уполномоченном банке, паспорта сделки либо зарегистрированного договора (контракта).

При отсутствии договора (контракта) указывается буквенный код валюты цены (валюты платежа (оценки)) в соответствии с классификатором валют, указанной в коммерческих документах.

Во втором подразделе графы указывается общая стоимость товаров, полученная как сумма стоимостей, указанных в графах 42 основного и добавочных листов ДТ.

Полученное значение общей стоимости товаров округляется по математическим правилам с точностью до двух знаков после запятой.

В свою очередь, в графе 42 ДТ «Цена товара» указывается цифровыми символами цена товара, фактически уплаченная или подлежащая уплате либо компенсируемая иными встречными предоставлениями (в форме выполнения работ, оказания услуг, передачи прав на результаты интеллектуальной деятельности) в соответствии с условиями возмездной сделки, а в Республике Беларусь и Кыргызской Республике в случае безвозмездных поставок и поставок товаров без заключения сделки – оценочная стоимость товара, в валюте, указанной в первом подразделе графы 22 ДТ.

В случае декларирования наличной валюты в графе указывается сумма перемещаемой валюты, а при декларировании ценных бумаг, имеющих номинальную стоимость, – номинальная стоимость ценных бумаг.

Полученное значение цены товара округляется по математическим правилам с точностью до двух знаков после запятой.

В Республике Беларусь для продуктов переработки оценочная стоимость товара указывается с учетом стоимости услуг по переработке.

В первом подразделе графы 43 ДТ «Код МОС» указывается код метода определения таможенной стоимости декларируемых товаров в соответствии с классификатором методов определения таможенной стоимости.

На сегодняшний день действует классификатор методов определения таможенной стоимости, утвержденный Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 г. № 378 (ред. от 21.04.2020) «О классификаторах, используемых для заполнения таможенных документов». Данный классификатор представляет собой таблицу с указанием цифровых кодов методов определения таможенной стоимости (например, «2») и их полных наименований (в частности, «Метод по стоимости сделки с идентичными товарами»).

Графа не заполняется при декларировании валюты государств – членов Союза, иностранной валюты (кроме используемой для нумизматических целей), ценных бумаг, выпущенных в обращение, а также при помещении товаров под таможенные процедуры таможенного склада, уничтожения, отказа в пользу государства, специальной таможенной процедуры.

Наконец, в графе 46 ДТ «Статистическая стоимость» указывается цифровыми символами без разделителей и пробелов статистическая стоимость товара в долларах США, округленная по математическим правилам с точностью до двух знаков после запятой.

Статистическая стоимость товара рассчитывается на основе таможенной стоимости товара, указанной в графе 45 ДТ, за исключением случаев, указанных в абзацах четвертом и пятом (после таблицы) настоящего подпункта.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Порядком графа 45 ДТ не заполняется, статистическая стоимость товара рассчитывается на основе цены товара, указанной в графе 42 ДТ.

Статистическая стоимость товара рассчитывается путем приведения таможенной стоимости товара, а в случаях, указанных в абзаце четвертом (после таблицы) настоящего подпункта, – цены товара к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара).

Например:

При приведении таможенной стоимости товара к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара):

для товара, поставленного на условиях, в соответствии с которыми пункт назначения находится на территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, к таможенной стоимости товара добавляются расходы по перевозке (транспортировке) товара до места пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, если такие расходы при определении таможенной стоимости товара не были учтены;
для товара, поставленного на условиях, в соответствии с которыми пункт назначения находится за пределами территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, из таможенной стоимости товара исключаются расходы по перевозке (транспортировке) товара от места пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, до пункта назначения, если такие расходы при определении таможенной стоимости товара были учтены.

При приведении цены товара к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара):

для товара, поставленного на условиях, в соответствии с которыми пункт назначения находится на территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, к цене товара добавляются расходы по доставке товара до места пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара;
для товара, поставленного на условиях, в соответствии с которыми пункт назначения находится за пределами территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, из цены товара исключаются расходы по доставке товара от места пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара, до пункта назначения.

При пересчете таможенной стоимости или цены товара, приведенных к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара), в доллары США применяется курс валют, установленный национальным (центральным) банком государства – члена ЕАЭС на дату регистрации ДТ таможенным органом.

Пересчет таможенной стоимости, приведенной к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара), в доллары США осуществляется путем ее деления на курс доллара США.

Пересчет цены товара, приведенной к условию поставки FOB – последний порт убытия с территории государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара (DAP – место пересечения границы государства – члена ЕАЭС, являющегося страной отправления товара) (далее в настоящем подпункте – приведенная стоимость товара), в доллары США осуществляется по формуле:

C_$ = (C_iv x K_iv) / (E_iv x K_$),

где:

C_$ – статистическая стоимость товара в долларах США;

C_iv – приведенная стоимость товара в валюте цены договора (контракта);

K_iv – курс валюты, в которой рассчитана приведенная стоимость товара, на дату регистрации ДТ таможенным органом;

E_iv – количество единиц валюты, в которой рассчитана приведенная стоимость товара, указанное в курсе валют;

K_$ – курс доллара США на дату регистрации ДТ таможенным органом.

Так, например, пересчет приведенной стоимости товара, составляющей 120 000 000 японских иен, в доллары США осуществляется следующим образом:

C_$ = (120 000 000 x 32,0049) / (100 x 31,6144) = 1 214 822,36 доллара США,

где:

C_iv – 120 000 000 японских иен;

K_iv – 32,0049 российского рубля;

E_iv – 100 японских иен;

K_$ – 31,6144 российского рубля.

Указанные в графе сведения используются для целей ведения таможенной статистики внешней торговли.

В заключение следует напомнить, что знание субъектами внешнеэкономической деятельности положений законов и иных нормативных правовых актов в части заполнения таможенных документов позволит им осуществлять свою деятельность правомерно, а также поспособствует их позиционированию в качестве полноправных участников таможенных правоотношений.

Яхнович О.И.,
главный инспектор Государственного таможенного комитета Республики Беларусь

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах «ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»

Проверки органами прокуратуры соблюдения законодательства в сфере закупок. Часть 2

Материал подготовлен
с использованием нормативных
правовых актов по состоянию
на 22 октября 2021 г.

Начало материала: часть 1.

Практика свидетельствует о том, что нарушения при проведении закупок, особенно за счет бюджетных средств, допускаются достаточно часто. Нарушения в этой сфере, как правило, свидетельствуют о халатности и отсутствии исполнительской дисциплины со стороны должностных лиц. В то же время нередки случаи, когда ответственные за проведение закупок должностные лица допускают нарушения сознательно, в том числе с целью обеспечить необходимые результаты процедур закупок.

Нарушение государственным должностным или приравненным к нему лицом установленного актами законодательства порядка проведения конкурсов, аукционов, процедур закупок является правонарушением, создающим условия для коррупции, и влечет за собой ответственность в соответствии с законодательными актами (абз. 12 ч. 1, ч. 2 ст. 25 Закона Республики Беларусь «О борьбе с коррупцией»).

В соответствии со ст. 57 Закона Республики Беларусь «О государственных закупках товаров (работ, услуг)» (далее – Закон) лица, виновные в нарушении законодательства о государственных закупках, несут ответственность, установленную законодательными актами.

При этом за нарушения в сфере организации и проведения закупок предусмотрена как административная, так и уголовная ответственность.

Административная ответственность установлена за нарушение порядка осуществления госзакупок товаров (работ, услуг) (см. ст. 12.9 КоАП).

Преступления, совершаемые в этой сфере, в большинстве случаев квалифицируются по ст.ст. 424, 426 и 430 УК. Основное количество выявленных преступлений составляют преступления, предусмотренные ст. 430 УК [1].

Типичные нарушения в сфере закупок, выявляемые органами прокуратуры

К наиболее распространенным относятся следующие нарушения, допускаемые заказчиком (организатором) закупок.

1. Заключение договоров на приобретение товаров (работ, услуг) за счет бюджетных средств, без проведения установленных законодательством процедур закупок в нарушение требований ст. 18 Закона.

Пример 1

Прокуратурой района по результатам проверки исполнения райисполкомом и организациями агропромышленного комплекса требований антикоррупционного законодательства при расходовании в 2019–2020 годах бюджетных средств в рамках реализации Госпрограммы развития аграрного бизнеса в Республике Беларусь на 2016–2020 годы установлено, что ОАО К. в 2020 году заключались договоры на приобретение товаров (работ, услуг) за счет бюджетных средств, без проведения установленных законодательством процедур закупок.

Так, в нарушение указанных требований заключены договоры:

на обслуживание сельскохозяйственной техники за счет средств районного бюджета (сумма договора 11 642,69 руб.);
на покупку дизельного топлива (на сумму 7000 руб.);
на оказание услуг по техническому обслуживанию трактора МТЗ за счет средств районного бюджета (на сумму 3357,31 руб.);
на выполнение работ по агрохимическому обслуживанию почв за счет средств районного бюджета (на сумму 27 248,83 руб.);
на выполнение комплекса работ по известкованию кислых почв за счет средств районного бюджета (сумма договора 27 883,30 руб.).

За допущенные нарушения по поручению прокурора района постановлением начальника финотдела райисполкома директор ОАО К. привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 11.16 КоАП 2003 года в виде штрафа в размере 5 базовых величин.

2. Нарушение заказчиком (организатором) предусмотренного законодательством порядка выбора процедуры госзакупок.

Пример 2

Прокуратурой района в ходе осуществления надзорной деятельности установлено, что ГУО С. на электронной торговой площадке www.goszakupki.by (далее – ЭТП) было размещено приглашение к участию в процедуре закупки «Закупка мебели офисной (шкафы)», «Закупка комплекта офисной мебели в кабинет». Источник финансирования – районный бюджет.

Согласно общей информации, размещенной на ЭТП по указанным процедурам, следует, что Учреждением проводится запрос ценовых предложений. Вместе с тем из содержания размещенных на ЭТП документов следует о фактическом проведении в данном случае процедуры закупки из одного источника.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 49 Закона заказчик (организатор) вправе провести процедуру закупки из одного источника в случаях, установленных приложением к Закону.

Вместе с тем закупаемые товары не включены в перечень товаров, изложенных в приложении. Кроме того, годовая потребность отдельных закупаемых товаров составляет более 300 базовых величин.

По предписанию прокуратуры указанные процедуры закупок Учреждением отменены.

3. Определение ориентировочной стоимости предмета госзакупки без изучения конъюнктуры рынка.

Одним из способов определения ориентировочной стоимости предмета госзакупки является изучение конъюнктуры рынка, которое проводится с целью выяснения средневзвешенной цены товаров (работ, услуг) на рынке (подп. 1.2 п. 1 постановления МАРТ от 12.04.2019 № 35 «О способах определения ориентировочной стоимости предмета государственной закупки»).

Определение стоимости предмета госзакупки без изучения конъюнктуры рынка чаще всего имеет место из-за недостаточных знаний специалистов, которые отвечают за проведение закупок.

Пример 3

Прокуратурой района в ходе проверки КУП С. установлены нарушения требований законодательства о закупках товаров (работ, услуг) за счет бюджетных и собственных средств.

Согласно сведениям, размещенным на Интернет-сайте www.gias.by, КУП С. проводилась процедура запроса ценовых предложений по закупке услуг по отлову безнадзорных животных.

В связи с отсутствием предложений участников процедура признана несостоявшейся, и закупка услуг проведена из одного источника – КПУП Ф.

В то же время из размещенных на сайтах gias.by и goszakupki.by сведений следует, что в ходе изучения конъюнктуры рынка соответствующая информация проанализирована только в отношении одного потенциального поставщика (исполнителя) – КПУП Ф. При этом в открытом доступе в глобальной компьютерной сети Интернет содержатся сведения и об иных организациях, осуществляющих деятельность как в г. Минске и Минском районе, так и в более отдаленных регионах республики.

4. Предоставление неполной информации в документации о проведении закупки.

Пример 4

Проведенной прокуратурой в ОАО К. проверкой соблюдения законодательства о закупках товаров (работ, услуг) за счет собственных средств и антикоррупционного законодательства установлено, что председателем конкурсной комиссии В. допущены нарушения вышеуказанного законодательства при проведении открытого конкурса на закупку установки доильного типа с системой охлаждения молока на МТФ.

Так, в нарушение решения районного Совета депутатов в приглашении к участию в открытом конкурсе документация о проведении закупки не содержала следующие сведения: проект договора на закупку (его условия) и срок его заключения, требования к участникам процедуры закупки и перечень документов, представляемых участниками процедуры закупки для подтверждения их соответствия установленным требованиям, порядок, дату окончания срока предоставления участникам процедуры закупки разъяснений положений документации о закупке.

В нарушение требований Положения о порядке проведения закупок товаров (работ, услуг) за счет собственных средств ОАО К. комиссией не направлено всем участникам процедуры закупки уведомление о проведении переговоров о снижении цен поступивших конкурсных предложений, содержащее сведения о наименьшей цене таких предложений без указания сведений об участнике, которым предложена эта цена, а также о дате, времени и месте проведения данных переговоров.

5. Предоставление необоснованных преимуществ отдельным участникам закупок.

Пример 5

В нарушение п. 42 Положения о порядке проведения закупок товаров (работ, услуг) за счет собственных средств ОАО К. (см. предыдущий пример) к участию в процедуре снижения цены допущено ЧУП Э., предложение которого ранее было отклонено конкурсной комиссией ОАО К.

Вследствие допущенных нарушений ЧУП Э. были необоснованно предоставлены льготы и привилегии при проведении процедуры закупки.

6. В нарушение требований Закона о госзакупках по проводимой процедуре закупки заказчиком не формируются части (лоты), участниками по которым могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства.

Пример 6

Прокуратурой района в ходе осуществления надзорной деятельности установлено, что УЗ М. (далее – Учреждение) допускаются нарушения требований законодательства о госзакупках.

Учреждением на ЭТП www.goszakupki.by размещено приглашение к участию в процедуре закупки «Закупка халата хирургического одноразового нестерильного». Вид процедуры закупки – электронный аукцион. Источник финансирования – областной бюджет.

В соответствии с ч. 1 п. 1 ст. 29 Закона субъектам малого и среднего предпринимательства гарантируется предоставление возможности участия в процедурах госзакупок по перечню товаров (работ, услуг), определяемому Совмином, с учетом требований, установленных п. 2 настоящей статьи.

В ч. 1 п. 2 ст. 29 Закона установлено, что, если предмет государственной закупки и его объем (количество) могут распределяться по частям (лотам), формируются части (лоты), одна из которых должна составлять не более десяти процентов объема (количества) этого предмета госзакупки. Участниками по такой части (лоту) могут выступать только субъекты малого и среднего предпринимательства, предлагающие товары (работы, услуги) собственного производства согласно перечню, указанному в части первой п. 1 настоящей статьи.

Предметом закупки названного аукциона является халат хирургический в количестве 10 000 шт.

Приложением 3 к постановлению Совмина от 15.06.2019 № 395 указанные товары включены в перечень товаров, процедуры госзакупок которых проводятся с участием субъектов малого и среднего предпринимательства.

Вместе с тем в нарушение требований п. 2 ст. 29 Закона по указанной процедуре закупки заказчиком не сформированы части (лоты), участниками по которым могут быть только субъекты малого и среднего предпринимательства.

7. В документах заказчиком не приводятся условия допуска товаров иностранного происхождения и поставщиков, предлагающих такие товары, к участию в открытом конкурсе, электронном аукционе, процедуре запроса ценовых предложений.

Перечень товаров иностранного происхождения, в отношении которых установлены условия их допуска к участию в процедуре госзакупок, установлен постановлением Совмина от 17.03.2016 № 206.

8. Заключение договоров на условиях, которые существенно отличаются от требований конкурсной документации.

В ходе проверки выясняется, с какой организацией заключен договор, так как заключаются договоры с ненадлежащим поставщиком, без учета решения комиссии по закупкам, либо на основании процедуры закупок, которая должна быть признана несостоявшейся.

Встречаются случаи заключения должностными лицами организаций договоров на условиях, невыгодных для заказчика, либо непринятия мер по взысканию с недобросовестных контрагентов штрафных санкций за неисполнение ими заключенных договоров в обмен на получение незаконного вознаграждения ответственным за это должностным лицом [2].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Никитин, Ю. А. Ответственность за нарушения в сфере закупок [Электронный ресурс] / Ю. А. Никитин // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2021.

2. Бенсман, М. В. Коррупционные проявления в сфере закупок [Электронный ресурс] / М. В. Бенсман // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2021.

Никитин Ю.А.,
начальник отдела ГУ «Научно-практический центр проблем
укрепления законности и правопорядка Генеральной прокуратуры
Республики Беларусь», кандидат юридических наук, доцент

С иными материалами правоприменительной практики можно ознакомиться в системах «ЭТАЛОН» и «ЭТАЛОН-ONLINE»